Архив газеты
"Вестник МГНОТ"


Международное общество фармакоэкономических исследований (ISPOR)

Управление качеством медицинской помощи

Главный спонсор
Высшей Школы Терапии МГНОТ

«Вклад семьи Боткиных в Российское здравоохранение»

(Окончание. Начало читайте в N 12, 2017 г.)

Среди учеников Сергея Петровича Боткина были три его сына: Сергей, Евгений и Александр.
Сергей Сергеевич - действительный статский советник, доктор медицины (1888 г.), профессор (1896 г.), действительный член Академии художеств с 1905 г. В 1883 г. окончил курс естественного отделения физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета, без экзаменов поступил на 3-й курс Императорской Военно-медицинской академии (ИВМА). В 1886 г. окончил её первым по успехам, с награждением премией И.Ф. Буша и занесением имени на мраморную доску. В 1888 г. защитил докторскую диссертацию «Влияние солей рубидия и цезия на сердце и кровообращение». Тогда о радиации еще ничего не знали.
С 1889 по 1892 гг. стажировался за границей, занимался в лабораториях Реклингаузена, Флюгге и Коха, в клиниках профессоров Наунина, Лейдена, Гергардта. С 1893 по 1896 гг. был старшим ординатором «городской барачной больницы памяти С.П. Боткина». В 1893 г. в докладе на заседании общества русских врачей «Значение гастроэнтеритов при холере» сообщил, что переболевшие гастроэнтеритами становятся невосприимчивыми к очередному заражению холерными вибрионами. Сергей Сергеевич изучал патогенез холеры, выяснил причину уремии, связав ее с нарушениями функции почек. В 1896 г. стал начальником кафедры общего учения о заразных болезнях с курсом бактериологии (первой в России). В 1898 г. занял должность начальника кафедры академической (факультетской) терапии. Принимал участие в русско-японской войне в качестве уполномоченного Красного Креста, являлся лейб-медиком императорской семьи. Учеников у него было много, среди них -М.И. Аринкин и С.С. Зимницкий. Умер Сергей Сергеевич в 1910 г. в возрасте 50 лет от инсульта.
Евгений Сергеевич Боткин родился 27 мая 1865 г. в Царском Селе. В 1882 г. после окончания гимназии поступил на физико-математический факультет Петербургского университета, а год спустя - на младшее отделение приготовительного курса ИВМА. В 1889 г., год смерти отца, успешно окончил академию, был удостоен звания лекаря с отличием и премии, присуждаемой «третьему по старшинству баллов в своем курсе». В январе 1890 г. стал врачом-ассистентом Мариинской больницы для бедных. На собственные средства был командирован за границу: занимался у ведущих европейских ученых, знакомился с устройством больниц. В мае 1892 г. назначен врачом придворной капеллы, а через год состоялась блестящая защита в ИВМА диссертации на соискание степени доктора медицины «К вопросу о влиянии альбумоз и пептонов на некоторые функции животного организма». Официальным оппонентом на защите был И.П. Павлов.
Одновременно с клинической практикой Е.С. Боткин занимался наукой: вопросами иммунологии, сущностью процесса лейкоцитоза, лейколиза (клетки или тени Боткина-Гумпрехта). С 1895 по 1897 гг. в Германии слушал лекции ведущих немецких профессоров - Г. Мунка, Б. Френкеля, П. Эрнста и других. Научные труды и отчеты заграничных командировок опубликованы в «Больничной газете Боткина» и в «Трудах общества русских врачей». С началом русско-японской войны Евгений Сергеевич убыл в действующую армию добровольцем, его назначили заведующим медицинской частью Российского общества Красного Креста в Маньчжурской армии. Однажды на перевязку был доставлен раненый ротный фельдшер. Сделав все, что положено, Боткин взял фельдшерскую сумку и пошел на передовую. «За отличие, оказанное в делах против японцев», Евгения Сергеевича наградили орденами Святого Владимира III и IV степеней с мечами.
6 мая 1905 г. Боткин стал почетным лейб-медиком императорской семьи. Когда в августе 1917 г. Временное правительство отправило Романовых в ссылку, с ней уехал и Е.С. Боткин. О днях, проведенных в Тобольске, он рассказывал в последнем, написанном уже в Екатеринбурге письме, оставшемся неоконченным. Предчувствуя скорую гибель, доктор пишет: «В сущности, я умер — умер для своих детей, для друзей, для дела... Меня поддерживает убеждение, что «претерпевший до конца, тот и спасется», и сознание, что я остаюсь верным принципам выпуска 1889 года. Когда мы еще не были выпуском, а только курсом, но уже дружным, исповедовавшим и развивавшим те принципы, с которыми мы вступили в жизнь, мы большею частью не рассматривали их с религиозной точки зрения, да и не знаю, много ли среди нас было религиозных».
Доктора Боткина расстреляли в ночь с 16 на 17 июля 1918 г. в Екатеринбурге. Лейб-медик семьи Его Императорского Величества до последнего мгновения жизни с честью и достоинством выполнял свой врачебный и человеческий долг. Прах Евгения Сергеевича вместе с останками царской семьи нашел успокоение в усыпальнице Петропавловского собора. Он был канонизирован Русской православной церковью.
Александр Сергеевич Боткин в 1890 г. окончил ИВМА с занесением на мраморную доску. В 1892 г. он стал доктором медицины, затем переведен в Морское ведомство. В 1895 г. Александра Боткина назначили помощником начальника гидрографической экспедиции для изучения устьев рек Енисея, Оби и части Карского моря. Руководитель экспедиции А.И. Вилькицкий назвал его именем мыс в бухте Находка Обской губы Карского моря. В экспедиции А.С. Боткин столкнулся с будущим адмиралом Колчаком, который оставил о себе крайне негативное впечатление, будучи в прямом подчинении Александра Сергеевича. Затем Боткин участвовал в исследовании озера Байкал и Северного Ледовитого океана, написал книгу «Материалы по изучению Обской губы Енисейского залива».
Позже он служил в Минном и Артиллерийском отрядах Балтийского моря. В 1902 г. на собственные средства построил деревянную полуподводную лодку. Боткин проектировал подводные лодки для исследования Байкала, а также для военных целей - одну из них использовали для минирования Балтийского моря во время Первой мировой войны.
В 1903 г. А.С. Боткина прикомандировали к Главному морскому штабу. Он совершил множество путешествий по всему миру: изучал Северную и Южную Америку, Китай, Индию, исследовал Сибирь. В 1917 г. стал капитаном 1-го ранга и членом Особого комитета по усилению военного флота на добровольные пожертвования. Во время Гражданской войны представлял белое правительство в Париже и Риме. В 1923 г. обосновался в Италии, сначала под Римом, позже - в Сан-Ремо, занимался медициной, в частности - борьбой против рака. Выступал в Париже с лекциями о Сибири и Байкале в Клубе молодежи Русского студенческого христианского движения (РСХД), Русском клубе и др. В Социальном музее прочел лекцию, сбор от которой пошел в пользу комитетов Красного Креста и помощи больным детям. Александр Сергеевич скончался в марте 1936 г. Его жизни посвящена книга: Battistelli Zaoli A. Aleksandr Sergeevic Botkin. San Remo, изданная в 1998 г.
Роду Боткиных высочайше утвержден герб и девиз. В червленом щите две косвенно накрест положенных серебряных грамоты с золотыми печатями. В серебряной главе щита - три червленых чайных цветка. Щит увенчан дворянским коронованным шлемом. Нашлемник - золотой барс с червленым языком. Намет - червленый с серебром. Девиз - «Верою, верностью, трудом».

Комментарий Главного терапевта Министерства обороны РФ профессора Ю. В. Овчинникова:

То, что мы сегодня услышали - это показатель того, как нужно бороться с клише. Мы все привыкли, что Боткин, Пирогов – это «наше все». Когда рассказывают такие животрепещущие истории, мы понимаем: это не какое-то «величие», а нормальные живые люди, у которых есть чему поучиться. Посмотрите: Сергей Петрович Боткин начинал с Московского университета, где учился на физико-математическом факультете. У него аналитический, математический склад ума. Все его дети пошли по этой стезе: они тоже начинали с того, что учились на физико-математическом факультете. Этот аналитический подход С.П. Боткин внес в науку, которая тогда считалась искусством - медицину. Он поставил ее на научные рельсы: благодаря своему феноменальному аналитическому уму, заметив небольшой симптом, выводил синдром, а из синдрома - нозологическую единицу. Тонкая наблюдательность помогала профессору Боткину ставить диагнозы, он почти не ошибался. Авторитет его был настолько велик, что другие профессора удивлялись: как это, вроде мы даем пациентам такие же лекарства, а у нас они не работают. Пациенты верили Сергею Петровичу.
Боткин - удивительный человек. Выходец из купеческой семьи, он одинаково лечил и обывателей, и императора. Его отношение к людям позволяет снять шляпу перед этим великим человеком.
Сергей Петрович лишь раз ошибся в диагнозе, когда из-за желчекаменной болезни пропустил у самого себя ишемическую болезнь сердца. Но он писал по этому поводу в письме: «У меня камни в желчном пузыре, но я боюсь обмануться, как бы это не оказалась стенокардия». Тогда данный диагноз был смертельным, болезнь не умели ни лечить, ни прогнозировать. Боткин сознательно обманывал себя. Это не ошибка - это способ убрать проблему, чтобы она не давила не него.
Боткин не тем велик, что прекрасно учил, а тем, что создал огромную школу. Почти вся дореволюционная медицина в России вышла из «шинели» Сергея Петровича Боткина. Его ученики подняли отечественную медицину на очень высокий уровень.

Комментарий профессора П.А.Воробьева:

Для меня сегодня было много неожиданного. Но одна из неожиданностей - это связь с математикой. Дело в том, что Андрей Иванович, мой отец, в какой-то степени ученик Израиля Моисеевича Гельфанда - крупнейшего математика нашей страны, одного из «отцов» водородной бомбы. Я тоже ученик Гельфанда, с 8-го класса ходил на семинары по биологии. Гельфанд - потрясающий специалист в области биологии и медицины. Один из крупнейших специалистов в области кибернетической медицины, который в 1970-е гг. начал создавать систему прогнозирования с помощью ЭВМ, в частности - инфаркта миокарда, кровотечений, различных инфекционных состояний. К сожалению, сегодня об этом никто не вспоминает.
Математическая составляющая медицины потеряна сегодня, и мне кажется, что это плохо, это очень большой пробел в нашей современной медицине. Хотел бы еще отметить известную фразу (все ее повторяют, но никто даже не задумывается над ней): «Лечить не болезнь, а больного». Кто-нибудь здесь умеет лечить больного? Я, например, не знаю: все мы лечим болезни. Боткин сказал: «Поскольку мы сегодня не умеем лечить болезни, мы вынуждены лечить больного». Конечно, мы должны лечить болезни.
В целом, я хочу оценить сегодняшнее выступление не просто как блестящее - этого мало - а как историческое. Я очень благодарен Вам, Владимир Борисович, что Вы выступили сегодня с этим докладом.
   

Коментарии:
К данной статье нет ни одного коментария

Авторизируйтесь, чтобы оставлять свои коментарии