Архив газеты
"Вестник МГНОТ"


Международное общество фармакоэкономических исследований (ISPOR)

Управление качеством медицинской помощи

Главный спонсор
Высшей Школы Терапии МГНОТ
П. Медик
Две короткие истории из, как говорится, личной практики. История первая - грустная. Инженер, работающий давным-давно в частной компании, забот не знающий, был увлечен своим здоровьем. Солидный возраст уже наступил, пошел шестой десяток, так что болячки нет-нет, да и вылезут. Что мужиков в таком возрасте беспокоит часто? Спина. Инженер - человек грамотный, начитанный, по интернету «юзающий», решил полечиться. Выяснил, что хорошо помогают гормоны. И, чтобы наверняка – в уколах. Жена, тоже специалист в медицине, как и муж, поставила ему десять инъекций дексаметазона «внутрипопочно». И ведь помогло. Чтобы закрепить успех сделали 11-й укол и уехали на уик-энд в гости в Подмосковье к друзьям. Ягодица, правда, болела. И к вечеру температура поднялась до 39º. Не стерпел мужик – «скорую» вызвал. Предложили ему в больничку местную с абсцессом ягодицы явиться. Но несерьезно как-то: где наш инженер, а где – районная больничка. Тем более полис ДМС есть – он поможет.
Как-то ночь мужик перекантовался, приехали в Москву, пока туда-сюда – только вечером в воскресенье отвезли его в 67-ю больницу. И сразу – в реанимацию, видимо, в состоянии септического шока. А к утру вторника жене сообщили, что «сердце не выдержало – остановилось». Почти «бог дал, бог взял». Мол, а что мы можем?
Я не знаю всех обстоятельств, конечно, но мне много приходилось работать с тяжелыми септическими полиорганнонедостаточными пациентами. Обычно они живут довольно долго, хотя не обязательно выздоравливают. Конечно, бывает всякое. Но что-то мне подсказывает, что в данном случае была… как бы это помягче – халатность. Проспали, недосмотрели, не увидели падения АД. Это второй случай смерти в этой больнице подобного больного: в первый раз «проспали» гипогликемию и довели до смерти мозга. И все последующие усилия были бесполезны, хотя и после этого пациент просуществовал неделю.
В этой истории слишком много всего, чтобы ее подробно обсуждать. Просто – заметка из практики. И вторая заметка.
Девочка лет 13-ти, недавно начала менструировать. После очередной менструации оставались какие-то неясные боли в животе. Дня через три живот заболел сильно в правой части. Поднялась температура до 38º. По телефону я предположил наличие какой-нибудь вирусной инфекции – много сейчас этого «добра». Но сердобольная мамаша вызывал «скорую», а бригада нашла Щеткина с Блюмбергом. Против фактов не попрешь. Бригада приезжала дважды и на второй раз отвезла в стационар. Пока все безупречно, «танцы» будут позже.
В стационаре аппендицит отвергли и положили в хирургию «под капельницу» с солями. Зачем – мне лично не очень понятно. Заодно туда же закатали парацетамол. Ну, от температуры, вы же понимаете. Температура спала – девочка оживает и чувствует себя вполне сносно. И так её лечат пару дней. На третьи сутки мамаша присылает мне по смс общий анализ крови, где 18 тысяч лейкоцитов и 80% - нейтрофилов, взятый по CITO в момент поступления. Я по наивности спрашиваю, какой антибиотик ребенок получает. А никакого. Диагноза нет, антибиотика нет. Мы же знаем – все строго по стандарту. Лечим температуру.
Я немного завожусь. А тут вдогонку присылает она мне анализ мочи, где лейкоциты покрывают все поля зрения и полно эритроцитов. А это уже совсем не шутки. Но проходит ещё много часов, назначается обязательная консультация нефролога, которой еще дождаться надо, потом перевод в отделение нефрологии и только там назначается цефалоспорин. Конечно – «внутрипопочно». Наши больные есть лекарства не умеют, их с детства отучали глотать таблетки. Объяснить это заокеанским коллегам невозможно: зачем колоть, если есть таблетки и что это за способ – внутримышечно.
Сразу после назначения антибиотика вся картина инфекции исчезла. А еще через пару дней ребенка из больницы забрали – на всякий случай. Врачу не до больных – она одна на 40 детей, являясь одновременно и заведующей отделением, и консультантом по больнице. Даже выписку написать она смогла лишь через несколько дней: сидит бедная сутками на работе без выходных.
Меня воспитывали так, что неназначение антибактериальной терапии при остром пиелонефрите – преступление, в общем, уголовное. Но, видимо, времена изменились.
Вот такие два случая из практики московского здравоохранения. Слишком часто и слишком много становиться подобных историй.
   

Коментарии:
К данной статье нет ни одного коментария

Авторизируйтесь, чтобы оставлять свои коментарии